• Политика
  • Экономика
  • Общество
 
×

Предупреждение

Не удалось загрузить XML-файл
Opening and ending tag mismatch: hr line 5 and body
Opening and ending tag mismatch: body line 3 and html
Premature end of data in tag html line 1
×

Ошибка

nbRatesHelper::loadRates(): Invalid server response
Аналитика - 08/05 - 13:59

Прошедший 12 августа 2018 г. V Каспийский саммит в Актау стал самой результативной встречей глав прикаспийских государств с 2002 г. В ходе него подписали «конституцию Каспийского моря». О том, какую роль сыграл Казахстан в своей работе анализирует эксперт ИМЭП Лидия Пархомчик.

Первый Президент РК Нурсултан Назарбаев подчеркнул, что подписание Конвенции по правовому статусу Каспийского моря стало итогом многолетней и кропотливой работы сторон. Стартовав с разных переговорных позиций, страны «каспийской пятерки» смогли найти взаимоприемлемый компромисс, который обеспечил сохранение политической стабильности в регионе. Подписанная в Актау «конституция Каспийского моря» заняла центральное место среди документов новой международно-правовой базы по регулированию прав и обязательств прибрежных государств.

Примечательно, что из всех лидеров государств Прикаспия, участвовавших в церемонии подписания Конвенции, лишь Нурсултан Назарбаев был вовлечен в дипломатические консультации по согласованию вопроса правового режима Каспия с самого начала диалога. За более чем 20-летнею историю переговорного процесса каждое из прикаспийских государств, в большей или меньшей степени, видоизменило свои подходы относительно принципиальных положений будущей Конвенции. Однако именно казахстанско-азербайджанский тандем обозначил ключевые положения, которые впоследствии были подхвачены Россией и легли в основу итоговых договоренностей.

Флаги государств «Каспийской пятерки»

фото: www.irna.ir 

Еще в 1994 г. Казахстан представил свой собственный проект всеобщего договора по правовому статусу Каспия [1], ряд положений которого в итоге были перенесены в финальный текст Конвенции[1]. Выступая против сохранения режима советско-иранского кондоминиума, существовавшего на Каспии до распада Советского Союза, Казахстан изначально предлагал делимитировать Каспийское море в той или иной форме.

В частности, проект Конвенции, подготовленный Казахстаном в 1994 г., был основан на концепции замкнутого моря и представлял собой вариант применения к Каспию ряда основных принципов и положений Конвенции ООН по морскому праву 1982 г. Исходя из казахстанской позиции, акватория подлежала разграничению на территориальные воды и национальные рыболовные зоны, которые бы находились под национальной юрисдикцией. 


[1] Помимо Казахстана собственные варианты проектов Конвенции были разработаны и другими странами «каспийской пятерки». В 1993 г. свой проект представил Азербайджан, в 1995 г. и 1996 г. на рассмотрение были вынесены российский и иранский проекты соответственно.


Также предполагалось установление границы исключительной экономической зоны каждого государства по срединной линии в соответствии с международной практикой. Предлагая адаптировать нормы международного морского права к ситуации в Каспийском регионе, казахстанская сторона особо подчеркивала необходимость обновления их правового содержания и терминологического оформления[1].

Первый Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев всегда особо подчеркивал важность разрешения пограничного вопроса с ближайшими соседями. Исходя из сложившейся практики взаимодействия прикаспийских государств в акватории моря, а также характера отношений с соседями по Каспию, вопрос о нарушении суверенных прав Казахстана в пределах территориальных вод не стоял. Однако незавершенность процесса определения государственных границ на море оставалось пунктом, приковывающим особое внимание со стороны Лидера нации.

Определенная ясность в таком важном процессе как делимитация морских границ на Каспийском море стала появляться после серии консультаций на высшем уровне. В ходе визита российского лидера Бориса Ельцина в Алматы в апреле 1996 г. было подписано совместное заявление о сотрудничестве по использованию Каспийского моря [2], которое стало практическим шагом на пути к рациональному решению проблемы разграничения водоема. Так, главы государств Казахстана и России договорились, что новый правовой статус Каспия должен быть определен прикаспийскими государствами на основе консенсуса, и никто не вправе решать данный вопрос в одностороннем порядке. Предполагалось, что правовой статус будет содержать комплексное решение всех существующих в отношении моря вопросов (судоходство, использование биологических и минеральных ресурсов, экология, и т.д.). При этом отмечалось, что помимо Конвенции стороны намерены способствовать заключению соглашений по отдельным видам деятельности на Каспии.

Выработка позиций продолжилась в ходе визита Нурсултана Назарбаева в Баку в сентябре 1996 г. В рамках подписанного совместного заявления по вопросам Каспийского моря [3] главы Казахстана и Азербайджана согласились, что решение вопроса правового статуса является первоочередной и неотложной задачей. При этом было отмечено, что деятельность прибрежных государств должно базироваться на принципах соблюдения норм Устава ООН, сохранения моря в качестве зоны мира, добрососедства и дружбы, а также делимитации Каспийского водоема. Стороны сошлись во мнении, что в акватории могут плавать суда только прикаспийских стран.

Уже после того как в ноябре 1996 г. в Ашхабаде прошло совещания министров иностранных дел прибрежных стран, совместное заявление по вопросам, связанным с Каспийским морем, было подписано между Нурсултаном Назарбаевым и Сапармуратом Ниязовым в рамках визита Президента Туркменистана в Алматы [4]. Продолжая линию двух предыдущих документов, главы государств договорились, что до определения статуса моря стороны будут придерживаться делимитации административно-территориальных границ по срединной линии.


[1] В октябре 1997 г. данная позиция Казахстана была распространена в качестве официального документа Организации Объединенных Наций. (Позиция Республики Казахстан по правовому статусу Каспийского моря// https://undocs.org/ru/A/52/424)


Перед тем как на Каспии было подписано первое двухстороннее соглашение о делимитации, в январе 1998 г. казахстанский и российский лидеры вновь провели переговоры, которые в сочетании с февральскими казахстанско-российскими консультациями по вопросу правого статуса Каспийского моря позволили выработать контуры будущего соглашения. Так, стороны договорились о разделе северной части Каспия на основе принципа равноудаленных от противолежащих берегов точек, а также принципа договоренности сторон на отдельных участках. При этом был решен вопрос об освоении казахстанских нефтегазовых месторождений на Каспии [5].

Достигнутый прогресс между Казахстаном и Россией на переговорах на самом высоком уровне заложил фундамент будущего формата делимитации водоема. Именно Соглашение между РК и РФ о разграничении дна северной части Каспийского моря в целях осуществления суверенных прав на недропользование стало отправной точной для всех последующих договоренностей, создав необходимый для этого прецедент.

Дальнейшие переговоры по подписанию соглашений с Азербайджаном проходили в условиях, оптимальных для заключения двух- и трехсторонних договоренностей[1]. Подписанные документы ввели в практику международных отношений в прикаспийском регионе понятие модифицированной срединной линии[2], что окончательно закрепляло понимание о том, что границы национального сектора являются лишь границами недропользования. При этом акватория моря остается общей и не подлежит делению [6].

В октябре 2000 г. главы государств Казахстана и России продолжили подготавливать почву для последующих соглашений. В совместной декларации Нурсултан Назарбаев и Владимир Путин заявили, что в основу консенсусного решения о новом правовом статусе Каспийского моря должно лечь компромиссное предложение о разграничении дна моря между сопредельными и противолежащими государствами. При этом использование месторождений, через которые пройдет согласованная разграничительная линия, может быть предметом отдельных договоренностей между соответствующими прикаспийскими странами. Данный подход в полной мере был отражен в протоколах, которые Нур-Султан и Москва подписали к соглашению о недропользовании[3], обозначив шаги по освоению пограничных месторождений Курмангазы, Центральная и Хвалынское.


[1] В 2001 г. между Казахстаном и Азербайджаном было подписано Соглашение о разграничении дна Каспийского моря. В 2002 г. Россия и Азербайджан заключили Соглашение о разграничении сопредельных участков дна северной части Каспийского моря. В итоге, в 2003 г. три стороны подписали Соглашение о точке стыка линий разграничения сопредельных участков дна Каспийского моря.

[2] Модифицированная срединная линия привязана к классической срединной линии, но может отклоняться по взаимному соглашению в пользу той и другой стороны.

[3] В 2002 г. был подписан Протокол к Соглашению о разграничении дна северной части Каспия, регулирующий совместное освоение углеводородных ресурсов геологических структур Курмангазы, Центральная и месторождения Хвалынское. В 2006 г. был подписан Протокол о внесении изменения в Протокол к Соглашению, которое уточняло формат взаимодействия сторон при разработке нефтегазовых структур. В 2015 г. был подписан Протокол о внесении изменения к Протоколу к Соглашению о разграничении дна северной части Каспийского моря в целях недропользования, который внес дополнительные корректировки в условия освоения структуры Центральная. В 2017 г. аналогичный Протокол был подписан в отношении месторождения Курмангазы.


Н. Назарбаев и В. Путин на церемонии подписания Протокола к Соглашению о разграничении дна северной части Каспийского моря (13 мая 2002 г.)

фото: www.kremlin.ru

Подводя промежуточный итог, можно заключить, что к середине 2000-х двухсторонний формат стал ведущим в дипломатических консультациях по определению правового статуса Каспийского моря. Казахстан смог закрепить данный тренд, выйдя в 2014 г. на подписание Соглашения о разграничении дна Каспийского моря с Туркменистаном. Нужно отметить, что казахстанская и туркменская делегации начали консультации по разработке Соглашения еще в 2003 г. Однако процесс оформления аналогичного документа с южным соседом по Каспию значительно затянулся. Косвенное влияние на данное решение оказала возрастающая в тот период напряженность в межгосударственных отношениях между Ашгабатом и Баку из-за территориальных претензий по блоку спорных месторождений Азери-Чираг-Гюнешли. После того как в 2013 г. переговоры о делимитации водоема были возобновлены стороны смогли добиться существенного прогресса и урегулировать все необходимые технические моменты будущего соглашения. Фактически, на сегодняшний момент стороны имеют на руках готовую схему линии разграничения казахстанского и туркменского секторов, что актуализирует вопрос о переговорном процессе в отношении определения точки стыка сопредельных секторов с Азербайджаном.


[1] В 2002 г. был подписан Протокол к Соглашению о разграничении дна северной части Каспия, регулирующий совместное освоение углеводородных ресурсов геологических структур Курмангазы, Центральная и месторождения Хвалынское. В 2006 г. был подписан Протокол о внесении изменения в Протокол к Соглашению, которое уточняло формат взаимодействия сторон при разработке нефтегазовых структур. В 2015 г. был подписан Протокол о внесении изменения к Протоколу к Соглашению о разграничении дна северной части Каспийского моря в целях недропользования, который внес дополнительные корректировки в условия освоения структуры Центральная. В 2017 г. аналогичный Протокол был подписан в отношении месторождения Курмангазы.


Таким образом, Казахстан вышел на финишную прямую в вопросе об установлении пограничных линий раздела национального сектора со всеми государствами, с которыми у РК есть как сухопутная, так и морская граница на Каспии. Тот факт, что Россия, Азербайджан и Туркменистан свои первые соглашения о делимитации Каспийского моря заключили именно с Казахстаном, свидетельствует о прогрессивности взглядов страны на комплекс вопросов каспийской проблематики. В результате, подписание соглашений о разграничении моря между странами «каспийской пятерки» приблизило момент заключения итоговой Конвенции о правовом статусе Каспия [7].

Нельзя также не отметить, что Конвенция вобрала в себя большую часть договоренностей, которая ранее была озвучена на предыдущих саммитах. Так, поддержку всех прикаспийских государств получило предложение Первого Президента Казахстана Нурсултана Назарбаева по созданию на Каспийском море территориальных и рыболовных зон, закрепленных за прикаспийскими государствами, и зон общего пользования. Подобную инициативу глава республики вынес на рассмотрение своих коллег по региону на III Каспийском саммите в Баку в ноябре 2010 г. Через 4 года в Астрахани на IV Каспийском саммите данное предложение обрело юридический статус. На астраханской встрече стороны сумели выйти на четкие формулировки о разграничении водных пространств. Речь идет о 25-мильной зоне, где 15 морских миль находились бы под национальным суверенитетом (территориальные воды), а оставшиеся 10 морских миль составили бы рыболовную зону. К достижениям саммита можно также отнести и снятие вопроса о делении Каспия на сектора, что позволило впервые за долгие годы переговоров заговорить об окончательном согласовании текста Конвенции.

Третий Каспийский саммит в г. Баку (18 ноября 2010 г.)

фото: www.kremlin.ru

Оптимистический настрой подкрепился заявлением Лидера нации Нурсултана Назарбаева о том, что столь долгожданный документ непременно будет подписан в ходе V Каспийского саммита, хозяином которого выступит казахстанская сторона. Для того, чтобы воплотить данное обещание в реальность сторонам потребовалось удвоить свои усилия по согласованию позиций. Специальная рабочая группа по разработке Конвенции о правовом статусе Каспийского моря на уровне заместителей министров иностранных дел прикаспийских государств (СРГ) активизировала переговорный процесс. В период подготовки перед Актауским саммитом министрам иностранных дел прикаспийских государств пришлось провести 3 встречи в 2016 г., 2017 г. и 2018 г., что стало беспрецедентным ростом дипломатической активности для пятисторонних консультаций. Заключительное заседание СРГ (всего было проведено 52 заседания), которое состоялось 10 августа 2018 года в Актау, продемонстрировало готовность текста Конвенции к подписанию. Таким образом, и с некоторым запозданием, но казахстанская сторона смогла обеспечить проведение историческим саммита.

Заданный Казахстаном вектор дипломатических консультаций в итоге обеспечил формирование в регионе условий для постепенного устранения ярко выраженных конфликтов и претензий между прибрежными странами. Приоритетной для Казахстана стала задача окончательно снять угрозу возникновения любых территориальных споров на Каспии, не оставив потомкам спорных территорий с соседями. Для Первого Президента страны вопрос о достижении надежного контроля ситуации в акватории Каспийского моря имеет принципиальное значение. Не удивительно, что на Актауском саммите одной из инициатив Нурсултана Назарбаева стало предложение о подписании отдельного пятистороннего договора по согласованным мерам доверия в области военной деятельности на море.

Военно-морские силы Республики Казахстан

фото: www.mod.gov.kz

В настоящее время страны «каспийской пятерки» запустили процесс ратификации Конвенции о правовом статусе Каспийского моря. Для Казахстана данный этап завершился в феврале 2019 г. когда Президент Нурсултан Назарбаев подписал соответствующий указ. Однако в силу того, что Конвенция присваивает водоему особый статус, который адаптирует положения Конвенции ООН по морскому праву и международного законодательства по трансграничным озерам под особенности Каспия, сторонам еще предстоит провести досогласование ряда правовых моментов. Так, в рамках деятельности Рабочей группы высокого уровня по вопросам Каспийского моря (РГВУ)[1], созданной по итогам саммита, прикаспийские страны продолжают консультации по обсуждению проекта Соглашения о методике установления прямы


[1] 16-17 апреля 2019 года в Нур-Султане состоялось 2-ое заседание РГВУ. Следующее заседание рабочей группы состоится в июле 2019 г. в Иране.


Рабочей группы высокого уровня по вопросам Каспийского моря (Нур-Султан, Казахстан)

фото: www.mfa.gov.kz

Подводя итоги, можно заключить, что в середине 1990-х годов перспектива гармонизации интересов всех прикаспийских государств при решении проблем Каспия считалась скоро достижимой. Однако на практике распутать каспийский узел противоречий оказалось не так просто. На предстоящем первом Каспийском экономическом форуме, который пройдет в этом году в Туркменистане, стороны продолжат переговорный процесс по углублению взаимодействия в регионе. С подписанием Конвенции в Актау завершилась целая эпоха демилитационных консультаций, неотъемлемой частью которой была фигура Нурсултана Назарбаева. Очевидно, что даже после решения добровольно покинуть президентский пост, Первый Президент Казахстана сохранит возможность направлять новое руководство страны в решении вопросов каспийской проблематики. Являясь главой Совета безопасности, Лидер нации остается причастным к выработке стратегического курса развития государства, что обеспечит сохранение преемственности каспийской стратегии Казахстана.

Автор: Лидия Пархомчик, эксперт ИМЭП при Фонде Первого Президента РК

Обсуждение


Защитный код
Обновить

Политика

Наши партнеры

 

 

 

 

Курсы валют

IRR 0.02 0.00
EUR 79.37 -0.28
RUB 1.05 -0.14
KZT 0.18 -0.27
USD 69.78 -0.09
UZS 0.01 0.00
TMT 19.95 -0.02
TJS 7.40 -0.06

Погода

 

+17°C Тегеран
+16°C Москва
+11°C Алматы
+13°C Бишкек
+5°C Астана
+20°C Душанбе
+17°C Ашхабад
+14°C Ташкент